17:48 

Сказка про Вороненка и его новое призвание)

KeySi
Ни дня без приключений ^-^
Поздние улицы - свет в окнах. Песня - Алиса группы Секрет. Запах огня. слова- заглядывать, осень, шорох.



Этот вечер выдался очень мокрым и очень темным. В принципе одно с другим сочеталось по всем законам природы: раз дождь – значит, над гордом зависают темные облака, большие похоже на грязную вату, они закрывают солнечный свет, пусть закатный, не такой яркий как дневной, но все же свет… И город погружается в сумерки, а затем и в темноту намного раньше положенного.
Вороненок промок, продрог и вообще находился в ужасном настроении. Все его перышки топорщились, превращая своего обладателя в пушистый, но абсолютно мокрый комок. Черный птенец устроился в ветвях разлапистой ели, нахохлившись, стараясь удержать в перышках как можно больше тепла. Густые ветви ели защищали от дождя, но иногда, совсем рядом, с хвои срывались случайные капли, и тогда вороненок вздрагивал, недовольно косясь на источник звука и его беспокойства.
Фонари на улице замигали, лампы, словно нехотя, накалились, и осветили улицу густым желтым светом, словно отрезая дневное время от ночного. Вороненок все сидел один, укрытый душистой хвоей, и совершенно не хотел покидать своего уютного местечка. Он наблюдал за прохожими, все более и более редкими и усталыми, за машинами, окнами соседних домов, в которых вспыхивали уютные огоньки настольных ламп, люстр и светильников… Так тепло и уютно. Вначале квартирных огоньков было много, а затем они стали постепенно гаснуть. Жителей города в дождь всегда клонило ко сну, так что ничего удивительного Вороненок в этом не видел. Но вот странная компания, приближавшаяся к елям, показалась ему необычной: пожилая женщина в белом длинном плаще, молодая леди в короткой золотистой куртке и девочка в зеленой накидке, прижимавшая к груди сверток.
«Сколько же сейчас времени? Дело к ночи близится, а они гуляют». – Думал птенец, забыв даже о противных каплях, одна из которых тут же попала ему на голову, сбив остатки дремы. Он недовольно отряхнулся и перескочил на другую ветку, поближе к странной троице.
- Здесь? – Не успел он устроится, как старшая из женщин остановилась под навесом из ветвей, и устало посмотрела на своих спутниц.
- Ага. – Девочка поудобнее перехватила сверток, из которого тут же раздался детский плачь.
«Ребенок?» - Вороненок чуть не каркнул от удивления, но сдержался, иначе мог выдать себя, и его тут же прогнали бы, а он так и не узнал, почему они здесь, так поздно, с ребенком…
- Ну, здесь хотя бы не так капает. – Молодая леди в куртке поежилась, и поглядела на черное небо, словно надеясь увидеть в нем точное время окончания дождя.
- Вам, сестра, к дождю не привыкать. – Девочка хихикнула и стала качать ребенка на руках. – Вы в этом году пришли, чуть ли с первых дней правления с грозами да тайфунами.
- Ничего не могу поделать, - женщина лишь пожала плечами. – Такой я родилась, ты ведь знаешь.
- Ну да, ну да… Кстати, вы принесли? – Девочка подмигнула своей спутнице.
- Конечно, - леди фыркнула и растянула куртку, поискав что-то во внутренних карманах, она вытащила на свет уличных ламп небольшой жестяной фонарик с ее ладонь размером. Вернее это был не целый фонарик, а лишь металлическая рама, в которую еще нужно было вставить стекла. Раму венчало металлической колечко, за которое леди и перехватила изящное изделие.
- Круто… - Девочка радостно подпрыгнула на месте, хотя вполне возможно, что к радости примешивалось и нетерпение, кому нравится стоять в воде да еще под срывающимися с ветвей каплями. – А теперь поговорим о том КТО.
- Как всегда, - женщина подала голос, недовольно убирав с лица мокрые волосы. – Выбираем того, кто может быть невидимкой в ночи, кто может заглядывать во все окна и при этом быть незамеченным. Нам нужна легкая тень. Желательно с крыльями.
Она замолчала, задумчиво рассматривая лужи вокруг.
Вороненок понял, что любопытство наполняет его, грозясь перелиться через край. Как же ему было интересно, о чем они говорят. Это явно какой-то секрет. И кто они вообще такие? Почему пришли сюда так поздно? Когда женщина назвала приметы кого-то им очень нужного, Вороненок невольно встрепенулся – ведь он идеально им подходил. Угольно-черный, он сливался с ночной темнотой и оставался незамеченным пока сам не захочет себя проявить. Он может летать, а значит, и заглянуть в окна ему труда не составит. Как же ему хотелось каркнуть им «посмотрите на меня, я вам могу помочь». Но ведь это было бы как минимум не вежливо, как максимум нагло. Поэтому он сидел на ветке, напряженный, стараясь услышать все о чем они говорят, и конечно же, не ожидал, что женщина поднимает на него взгляд и улыбнется.
- Ой. – Каркнул Вороненок и чуть не свалился с ветки.
- Привет, - сказала девочка, тут же проследив за взглядом своей спутницы. Ребенок у нее в руках недовольно заворчал, но плакать не стал.
- А вот и помощник нашелся. – Леди тоже заметила птенца.
- Ты ведь нам поможешь? – Женщина не отводила взгляд от птицы.
- Ну… Да… Наверное.. Если смогу. – Вороненок неуверенно переступил лапками на ветке. – Только я не знаю, что надо делать.
- Ну, это просто. – Девочка хихикнула и кивнула на фонарик. – Надо полетать над городом и сделать так, что бы люди подарили нашему фонарику новые стеклышки.
- Как? Мне их просить? Но они ведь меня не слыша даже, не понимают. – Вороненок подпрыгнул слишком сильно, и с ветки сорвался целый ливень. Хорошо еще не попал на его собеседниц.
- А тебе и не надо с ними общаться. – Женщина взяла фонарик из рук своей спутницы. – Тебе нужны лишь эмоции. В этой раме должны быть пять стеклышек. Пять разных эмоций. Они появятся сами, если человек проявит их слишком ярко.
- Ух ты… - Вороненок с любопытством рассматривал фонарик. – Но зачем вам такое? И почему вы сами не соберете стеклышки?
- Ой, можно я все расскажу? Ну, можно, можно? – Девочка вновь запрыгала на одном мессе от нетерпения. Ребенок у нее на руках захныкал. Молодая леди тут же забрала его, кивая девочке, мол, рассказывай, разрешаем.
- Ну, вот представь, - маленькая рассказчица подошла поближе к ветке Вороненка. - В мире четыре времени года, и каждое из них приходит раз в год. Но никто не видел, как времена года рождаются и умирают.
- А они могут? – Птенец удивленно каркнул.
- Конечно могут. – Девочка хихикнула. – Я вот, например, еще совсем ребенок, а Осень так вообще недавно родилась. Ой, кажется я не с того начала.
Она тряхнула головой, словно собираясь с мыслями.
- В общем если представляться по всем правилам, то мы и есть времена года. Я – Лето. Малышка в пеленках – Осень.
- Я – Весна. – Леди в куртке продолжала укачивать Младенца-Осень и лишь кивнула.
- А она по логике – Зима. – Девочка-Лето подскочила к женщине и легко обняла ее за плечи.
- Ага…- Вороненок ошарашено кивнул.
- Ну вот, мы рождаемся, взрослеем, стареем, умираем и рождаемся вновь. – Девочка-Лето продолжила свой рассказ. - Но у каждой из нас есть еще и характер. Правда после очередного рождения он меняется, но что делать. Кстати характер нам обеспечивают как раз люди. Наш фонарик необычный, это можно так сказать, Фонарик Счастья. Какие эмоции создали его стеклышки, таким он и будет. Он всегда разный. То теплый, и светит ярко, согревает, то холодный и отталкивающий. Понимаешь, как важно его собрать заново?
- Да, понимаю… - Вороненок спрыгнул на самую нижнюю ветку. – А куда делись старые стеклышки?
- Рассыпались, конечно. – Девочка фыркнула. – Вернулись в мир как эмоции. Только и всего. И так, ты поможешь?
- Постараюсь. – Вороненок кивнул. – Но как я узнаю, что нашел нужного человека с нужной эмоцией?
- Узнаешь. – Девочка-лето хитро улыбнулась. – Фонарик подскажет.
- Держи. – Женщина-Зима протянула Вороненку раму Фонарика Счастья. – Только надо успеть к рассвету. А времени мало.
- Я постараюсь. – Вороненок сорвался с ветки и бережно перехватил лапками кольцо фонарика, который оказался на удивление легким. Расправив крылья, он ворвался в воздушный поток и вскоре уже летел над домами, вглядываясь в темноту ночи, стараясь почувствовать нужное направление.

Люди называют это «интуицией». Вороненок не знал, как это чувство называется у его рода, поэтому использовал обычное человеческое название. В общем, он летел, полностью полагаясь на свою интуицию. Обычно говорят, что ее еще развить надо, и чем дольше он летал над городом, заглядывая в окна, тем больше он верил, что над его интуицией надо еще работать и работать. Почти два часа он без устали работал крыльями, но фонарик никак не реагировал, оставаясь обычной железной рамой, пусть и на удивление легкой.
Огоньки в окнах постепенно гасли, дома становились все темнее и вороненок чувствовал, что ужасно устает. Что бы дать отдых крыльям он, наконец, рискнул остановиться ненадолго на ветвистом клене, росшем почти возле дома, с уютным палисадником под балконами. Мокрые ветви, ставшие пристанищем для черного птенца, почти закрывали окно, самое обычное и ничем не выдающееся, но чем-то, все же, привлекшие внимание птицы с Фонариком.
Вначале он смотрел на него лишь косо, боковым зрением пока чистил перья и приглаживал их ровно и правильно. Но постепенно, происходящее в квартире за окном заинтересовало его настолько, что он забыл о собственной внешности, и стал наблюдать.
За окном, в уютном свете настольной лампы сидела девушка. На самом деле ее очень легко можно было принять за мальчика, из-за коротко стриженных темных волос, но в движениях и наклоне головы было больше женского изящества.
Девушка читала, сидя по-турецки поджав ноги, на небольшом диване. Казалось бы, ну что тут необычного, Вороненок не раз видел читающих людей, и то как бегают их глаза, как шелестят страницы под пальцами. Были и такие как она, практически «глотающие» книги, когда странички мелькают быстро-быстро. Но лицо этой девушки было не таким как у всех – на нем отражались эмоции. Она, то улыбалась, радуясь за героев, то вдруг морщила носик, словно выражая этим свое презрение к сделанному выбору, то вдруг напрягалась, словно сдерживала слезинки в глазах. Она не просто погружалась в книгу, но и позволяла книге проявится в мире. В ней самой. Вороненок и сам не заметил, как загляделся на нее. Очнулся он только тогда, когда понял, что рама Фонарика светится. Скосив глаза на свою ношу, он понял, что светится не сама рама, а стеклышко, неизвестно как появившееся в ней. Ярко-голубое матовое стекло.
Птенец невольно залюбовался его переливами, но тут же испугался, что свет Фонарика может напугать девушку в комнате. Но она была слишком увлечена книгой. Вздохнув, вороненок с сожалением расстался со столько гостеприимным деревом, вновь ловя крыльями воздушные потоки. И уже через несколько секунд радость заполнила его душу – в лапках он держал Фонарик с первым стеклышком.
Чувства сменятся очень быстро. Как у людей, так и у птиц. Вороненок очень быстро понял, что первое стеклышко нашлось по чистой случайности, благодаря везению. Но как найти остальные. Он вновь и вновь подлетал к редким горящим окнам, но ничего. Люди тихо жили, готовясь ко сну. Фонарик не реагировал, никак.
И вот тогда Вороненок решил вновь вернутся к клену и девушке, которую видел в окне. Он не был уверен, что и на этот раз она поможет ему, но он просто хотел увидеть ее еще раз. В радостном ожидании он вцепился в ветку клена и замер… Девушка за окном плакала. Она лежала на все том же знакомом диване, обнимала подушку и плакала, что-то шепча в бархатную ткань. Окно запирало все звуки, но Вороненку и не интересно было, о чем говорит незнакомка, он просто переживал за нее. В свете все такой же уютной, но ужасно безразличной лампы, блестели слезинки на ее коже. Короткие волосы встали дыбом, словно иголки ежика. Как же Вороненок хотел сейчас пожалеть ее, сказать, что все будет хорошо, но он не мог… Человеческие девушки не понимают ворон. К сожалению.
В лапках его вновь зажегся огонек. Птенец с удивлением посмотрел на фонарик, в раме которого появилось новое стеклышко – ярко-алое с разводами и неровностями.
«Почему? – Птенец, недоумевая, переступал лапками по ветке. – Почему от ее слез появилось стеклышко?»
Он уже знал, о чем спросит времена года, когда отдаст им фонарик. А пока он наблюдал. Девушка за окном, кажется, уснула. Судя по тому, как поднимались и опускались плечи, дыхание ее выровнялось, стало спокойным. Вороненок и сам задремал, убаюканный этой мирной картиной и стуком капель о листья над головой.
Разбудил его щелчок оконной задвижки на раме. Вороненок стряхнул с себя остатки сна и с восхищением посмотрел на девушку. Она улыбалась. Немного грустно, немного устало, но улыбалась. И смотрела на небо. Дождь закончился, тучи расползлись в разные стороны, позволяя ночи раскинуть над городом свой звездный плащ. Миллиарды звезд, словно золотая пыль рассеялись по бесконечной черноте неба. Девушка и молодой ворон смотрели на эту красоту зачарованно и взволнованно. В глазах девушки отражалась бесконечность звездного неба, лицо ее было умиротворенным и таким милым… А потом она запела. Вороненок не был знатоком человеческой музыки, но мелодия и ритм, размеренность и напевность песни восхитили его. Он вдруг понял, что такие песни не будут петь в ночных клубах или на дискотеках. Под эту мелодию дарят цветы и признаются в любви. Девушка пела тихо, но четко и от всего сердца. И фонарик в лапках вороненка мерцал в такт песне уже тремя цветами. Третье стеклышко, нежно-желтое заняло свое место рядом с алым.
Она так и не закрыла окно, не погасила свет. Просто прошла в глубь комнаты, и достала из шкафа карандаш и бумагу. Устроившись на подоконнике, она начала рисовать. Карандаш порхал в ее руке, чертя линии, закрашивая одни области и обводя другие. Черное и белое в танце сливались в единый рисунок. Ночной ветер теребил лист, но художница лишь улыбалась, изливая в рисунке свои мысли.
Завороженный птенец не помнил, как долго он сидел, наблюдая за ее работой, но стоило ему отвлечься и взглянуть на фонарик, как он понял, что к трем первым цветам прибавился еще один – густой фиолетовый, словно заполненный вечно движущимися пятнами.
А значит оставалось всего одно стеклышко, и можно возвращаться к временам года. Но как же не хотелось Вороненку покидать клен, уютный свет лампы и милую хозяйку комнаты, которая так ему помогла, хотя даже не знала об этом.
Часы в комнате пробили четыре. До рассвета оставалось всего ничего, когда во дворе заурчал мотор небольшой машины-двудверки. От этого звука юная художница встрепенулась. Она не бросила рисования, не сменила позы, но вся напряглась в ожидании. Машина остановилась под окнами, и из нее вышел парень. Тоже вполне себе обычный, таких в городе полным полно.
Он смотрел на девушку у окна, словно раздумывая, а стоит ли, а потом позвал ее, негромко, что бы не разбудить соседей, но отчетливо, что бы слушала она:
- Поехали на море!
- В четыре утра? – Она посмотрела на него с напускной суровостью, но еле сдерживая улыбку.
- А когда еще? – Он подмигнул и гостеприимно распахнул дверь машины.
- Там холодно. – Подала голос девушка.
- А я тебя согрею.
- Там ветер!
- Я буду крепко держать.
- Я не спала всю ночь, и вообще…
- Ну пожа-а-алуйста!
Она рассмеялась и, спрыгнув с подоконника, захлопнула окно. Показав парню язык, она выскочила из комнаты. Через несколько минут она уже выбегала из подъезда, прижималась к своему другу и запрыгивала в его машину. Безмерно счастливая и переполненная новой эмоцией.
Вороненок взглянул на фонарик – так и есть, розовое стеклышко светилось рядом с остальными. Проводив взглядом машину, черный птенец в который раз за ночь сорвался с ветки и ворвался в поток воздуха, спеша к развесистой ели и ожидавшим его временам года.

Они были там, как и ожидалось. Девочка-Лето увидела его первая и приветственно замахала ему рукой. Старушка-Зима улыбнулась, протягивая руки. В ее ладони вороненок и опустил фонарик счастья.
- Вот и здорово. – Леди-Весна поднесла Младенца-Осень поближе к фонарику. Свет его упал на лицо малышки, и разноцветные блики побежали по ее щекам и лбу.
- Классно! – Девочка-Лето запрыгала от радости. – У нас будет прекрасная осень.
- А какие эмоции в этих стеклышках? – Вороненок осторожно перепрыгнул с ветки на ветку, поближе к фонарику, но так что бы случайно не спугнуть волшебство.
- Голубой – мечтательность. – Старушка-Зима повернула фонарик в руке, так что блики радостно разбежались по асфальту, лужам и веткам дерева. – Алый – боль. Желтый – ожидание. Фиолетовый – творческий порыв. Розовый – искренняя радость. Кстати, держи.
Она протянула фонарик Вороненку.
- Зачем? – Птенец удивленно посмотрел на разноцветное чудо. – Ведь он вам нужен.
- Уже нет. – Леди-Весна покачала головой и поудобнее перехватила мирно спящую Младенца-Осень. – Малышка получила свои чувства. А фонарик жаль просто так выкидывать. Он еще может послужить.
- Но почему мне? И как его теперь использовать?
- А кому еще как не тому, кто собрал. – Старушка-Зима улыбнулась. – Бери его, если вечером вылететь с ним в ночь, то пока летишь свет его будут видеть люди, потерявшиеся или сбившиеся с пути. И пойдут за ним, и найдут свое счастье. Только лететь надо строго на рассвет.
Вороненок кивнул, а затем бережно принял фонарик и взмыл вверх, к крышам. С высоты последних этажей он видел, как растворяются в первых солнечных лучах три фигуры внизу.

Теперь у Вороненка появилась очень полезная привычка, каждую пятницу после заката хватать лапками кольцо фонарика счастья и лететь строго на восток, указывая путь тем, кто его потерял.

@темы: Городские легенды

   

Город Тысячи Имен

главная